luannei_lj: (Default)
 

П.А.Тверской  "Очерки Северо-Американских Соединенных Штатов"  издание 1895 г.

"В нашем местечке были и закоренелые южане-полковники - девять десятых южан-демократов непременно полковники... Регистровые книги только накануне прибывшие из города, где они были для просмотра советом графства, оказались самовольно переделанными - все негры были вычеркнуты, и многие заведомые белые республиканцы - тоже. В день выборов несколько вооруженных с ног до головы "полковников" окружили дом, где происходили выборы, и оставались на страже целый день; все протесты оставленных без права голоса были оставлены инспекторами без внимания, и участок прошел с демократическим большинством, хотя и мне, и всем остальным было совершенно ясно, что если бы все те республиканцы, которые действительно имели право голоса, могли подать его, участок несомненно оказался бы республиканским. На другой день я узнал, что в соседнем участке, где республиканцы были в безусловном большинстве и пересилили демократов, толпа вооруженных и замаскированных людей наехала на дом, где происходили выборы, захватила баллотировочный ящик, как раз перед тем, когда инспектора собирались считать голоса, и торжественно сожгли и ящик, и голоса. То же самое произошло и в двух других участках графства, а в одном - вооруженные демократы так-таки и не допустили ни одного республиканского голоса. Графство оказалось в демократической колонне с значительным большинством; потом я узнал, что совет графства значительно урезал даже те репорты, которые он получил от участковых инспекторов, и урезал их исключительно в одном наплавлении - уменьшил число республиканских голосов, а в некоторых случаях прибавил число демократических. Газеты, содержавшие описание выборов в других графствах штата и в других южных штатах, были полны случаями, подобными тем, которые только что были описаны выше; в штате Южной Каролине, где 450 000 белых и 750 000 негров, всегда и безусловно подающих голоса за кандидатов республиканской партии, оказалось большинство в 50 000 голосов на стороне демократов, и не только чиновники штата и законодательства, но и все до одного члены конгресса оказались демократами. То же оказалось и во всех остальных южных штатах - это был "солидный юг" (solid South), солидный в демократическом смысле, где республиканец не имеет места...

Уже больше двадцати пяти лет прошло со времени окончания войны, но демократы юга и до настоящей минуты с одной стороны - рабовладельцы и самые ярые аристократы в душе, точная копия русских крепостников..., а с другой - подчиняются не закону и праву, а только силе.

Я не сомневаюсь ни минуты - и мнение это было не раз уже высказано лучшими знатоками американской жизни, - что, сумей конфедераты отстоять свою независимость, они скоро доигрались бы до диктатуры, или до наследственной монархии. Даже в течении того короткого времени, которое они просуществовали самостоятельно, юг успел обратиться в деспотически управляемую страну на военном положении - пресса была подвергнута строгой цензуре; народ обманывался самым безжалостным образом; поражения обращались в победы, незначительные стычки - в блестящие сражения; пригодная для военного дела собственность отбиралась реквизиционными органами правительства без всякого вознаграждения; ничего не стоившие бумажные деньги были объявлены равноценными золоту; учреждены были всевозможные заставы и пошлины, и т.д., и т.д. В то же время север оставался таким же свободным, как и всегда; газеты нападали не только на правительство, но и на военных начальников, часто открывали военные секреты, противились открыто военным мерам конгресса, а северные демократы в самый разгар войны съезжались на свои конвенции и, под носом и исполнительных, и военных властей союза, старались всячески помешать делу севера и ободрить своих южных друзей - повстанцев..."

luannei_lj: (Default)

Пошли нам, Господи, терпенье
В годину буйных мрачных дней
Сносить народное гоненье
И пытки наших палачей.

Дай крепость нам, о Боже правый.
Злодейство ближнего прощать
И крест тяжелый и кровавый
С Твоею кротостью встречать.

И в дни мятежного волненья,
Когда ограбят нас враги,
Терпеть позор и оскорбленья.
Христос Спаситель, помоги.

Владыка мира, Бог вселенной,
Благослови молитвой нас
И дай покой душе смиренной
В невыносимый страшный час.

И у преддверия могилы
Вдохни в уста Твоих рабов
Нечеловеческие силы
Молиться кротко за врагов.

Великая княжна Ольга Николаевна (Романова)

luannei_lj: (Default)
Выдержка из мемуаров В.В. Корсака " У белых"

"...- Зависти много у нас в народе к чужому куску, особенно, если он хороший - заметил начальник караула.
- Это верно. Потому сейчас всяк и норовит взять у того, кто имеет побольше. Но пользы грабителю от этого нет, только все нищают. Я бывший землевладелец; купил еще отец мой клочок земли и молочным хозяйством стал заниматься. Триста голов скот у нас было. Не коровы, а барыни. И быки наши в свадебные путешествия по деревням разъезжали. Скот во всей округе стал лучше. Большое дело было, важное, и не для нас одних. Сколько труда, сколько мысли во все мелочи вкладывалось. Работал я сперва, как и полагается. А потом чувствую - не могу работать. Начал думать - почему? И, в конце концов, понял. Зависть мне мешала. Прямо видел, как нам завидуют те же мужики и рабочие. До смертельной ненависти завидовали, считали, что мы их кровушку пьем, между собой говорили, что на их денежки все устроено. И я бросил работу. Большой удар был для отца. Понять не мог он, в чем дело. Я ему и не объяснял. А как сделать так, чтобы не было ненависти - я не знал. И ушел от хозяйства. Когда настала революция, - пришлось заглянуть в имение. И что же я там нашел? Самым породистым коровам загнали кол в половые органы, всем быкам ноги поотрубали, у живых свиней мясо и сало повырезали. Мученики, а не животные. А само мужичье теперь с голоду все-таки пропадает. И ничего им в прок не пошло. Меня приглашали остаться. Но не мог. Есть вещи, которых простить нельзя...."
luannei_lj: (Default)
"Не по торному пути" А.П. Мертваго издание 1900 г.

"...Устроив свое новое жилище, я хотел употребить зимнее время на книжную подготовку себя к предпринимаемому делу. Мне необходимо было познакомиться с русской литературой по огородничеству, чтобы избежать по возможности ошибок при применении тех познаний, которые я приобрел, изучая парижское огородничество. Но заниматься в моем новом помещении было довольно затруднительно, так как я никогда не оставался один.

По местным обычаям деревенские жители зимою заходят друг к другу и сидят или стоят у двери, не открывая рта в течение целых часов; этим удовлетворяется потребность в общительности, необходимая для каждого человека. Хозяин обыкновенно не обращает внимания на приход посетителя, если он для него почему-либо не представляет интересного гостя. В деревенской жизни приходящий ничем не может помешать занятиям семьи, а иногда бывает интересен как бывалый человек, как рассказчик и тому подобное.

Я никак не мог примириться с присутствием посторонних и неинтересных мне людей у себя в комнате. Первое время я разговаривал со всяким приходящим и старался быть любезным хозяином, но вскоре, увидав невозможность, при таком отношении к посетителям продолжать свои занятия, я перестал обращать внимание на приходящих и стал продолжать чтение, прерванное приходом незваного гостя, но и эта мера оказалась не действительна. Посетители молча сидели в течение целых часов и изредка перешептывались между собой на счет подробностей моей обстановки или по поводу меня; присутствие их меня раздражало, и я только делал вид, что читаю, а голова была занята мыслью об уходе посетителей, которые упорно сидели или стояли на своих местах. Наконец, я решил целый день держать свою избу запертою и был уверен, что этим прекращу надоевшие мне посещения. Первое время, по исполнении этого решения, посетители стучались в дверь, я отворял, чтобы узнать, кто стучится, и мои незваные гости входили в избу и своей непонятливостью меня обезоруживали. Пришлось начать вести разговоры, не отворяя двери.

- Кто там? - спрашиваю я.
- Свои люди, - отвечает голос.
- Кто "свои"?
- Фока
- Что тебе надо? - Ничего, так.
- Некогда мне, занят...

Окончив этот диалог, я принимаюсь за занятия, но вскоре опять слышится стук и пять тот же диалог с новым посетителем.
Мое отношение к посетителям произвело на всех обитателей деревни дурное впечатление. - Значит дурным занимается, коли народ к себе не пускает, - говорили не только мужики, но даже местный страж благонамеренности - урядник.
- Деньги фальшивые делает - решило деревенское общественное мнение..."
luannei_lj: (Default)
 И.Л. Солоневич "Народная Монархия" (2 выдержка - миф о Полтаве)

"...С моей точки зрения Полтавский бой является одним из самых интересных моментов во всей русской военной истории. И не только по своим реальным политическим результатам, а как самое яркое, бесспорное доказательство того, что историки обворовали народ в пользу героя и массу - в пользу личности. Здесь фальшивка истории выступает с совершеннейшей наглядностью.

Вспомним стратегическую обстановку этого момента. После позорного бегства из-под Гродно, Петр оставил пути на Москву совершено беззащитными. В тылу Петра вспыхнули бунты башкирский и булавинский, показавшие, по Ключевскому: сколько народной злобы накопил Петр у себя за спиной». Но Карл «остался верен своему правилу - выручать Петра в трудные минуты» и, вместо того, чтобы идти на Москву - повернул на Украину.

Военные историки считают этот поворот сумасбродством. Как знать? Поход на Москву обещал, в случае успеха, завоевание России - а для этого сорокатысячной армии было, очевидно, недостаточно. Результаты польской интервенции Карл, вероятно, помнил хорошо. Нужно было найти какие-то другие человеческие резервы. Откуда их взять? Я не знаю тех переговоров, которые вел Мазепа с Карлом, но на основании позднейшего опыта переговоров между украинскими самостийниками и германским генеральным штабом - их очень легко себе представить. Вот, имеется украинский народ, угнетаемый проклятыми московитами, и только и ждущий сигнала для восстания во имя «вильной неньки Украины». Сигналом к восстанию будет появление Карла. Миллионные массы, пылающие ненавистью к московитам - дадут Карлу и человеческие кадры и готовую вооруженную силу и даже готового военного вождя - Мазепу (впоследствии - Скоропадского, Петлюру, Коновальца, Кожевникова и прочих). Карл, вероятно, помнил кое-что об участии казаков в предприятиях Смутного времени и едва ли знал о социальной, - а не национальной, - подкладке этого участия. Почему бы не повторить пути Самозванца? Путь на Полтаву давал ответ на основной вопрос завоевания России - на вопрос о человеческих кадрах, которые будут удерживать завоеванную страну.

Думаю, что военные историки осуждают Карла слишком сурово. Сто лет спустя Наполеон, учтя шведскую ошибку, пошел не на Полтаву, а на Москву - получилось не лучше. Двести лет спустя, то есть, имея за плечами и карловский и наполеоновский опыт, - германский генеральный штаб, в котором сидели никак уж не сумасбродные мальчишки - клевал, и не один раз, - решительно на ту же самую приманку. И с теми же, приблизительно, результатами. История не учит даже историков. Так, как же вы хотите, чтобы она учила генералов?… К гиблым украинским берегам их всех «влечет неведомая сила» - она же поволокла и Карла.

Под Полтавой Карлу мерещилось: союзная украинская нация, доблестное запорожское казачество - кстати, и с запасом пороха, который Карл потерял под Лесной, мерещился верный союзник - Мазепа. И когда Карл дошел до Полтавы - не оказалось ни союзной нации, ни доблестного казачества, ни пороха, а вследствие всего этого не оказалось и Мазепы. Вместо того, чтобы командовать доблестными и союзными запорожцами - их пришлось осаждать. Эта осада в расчеты Карла не входила никак.

Перед Полтавой произошла еще одна история - битва под Лесной. Советская история СССР об этой битве пишет так:

«Незадолго перед этим Петр преградил путь Левенгаупту, шедшему с большим обозом и нанес ему 28 сентября 1708 года при деревне Лесной, на реке Соже решительное поражение. 5 тысяч повозок, груженых боевыми запасами и продовольствием, были захвачены».

Это не совсем так: «дорогу Левенгаупту преградил и его отряд разгромил не Петр, а Шереметьев». И вовсе не петровскими войсками, а старомосковской «дворянской конницей», той самой, которой, как огня, боялся Карл еще под Нарвой. Вспомним еще одно обстоятельство: эта же старомосковская конница, под командой того же Шереметьева, уже дважды била шведские войска - один раз под Эрестдорфом в 1701 году и второй раз при Гуммельсдорфе в 1702 году. Это случилось сейчас же после Нарвы, когда Эрестдорф и Гуммельсдорф, а еще больше Лесная, были сражениями, в которых: во-первых, дворянская конница, никак не загипнотизированная, подобно Петру, шведской непобедимостью, показала всем, в том числе и петровской армии, что и шведов можно бить, и, во-вторых, лишила Карла его обозов и, что собственно важно, - всего его пороха. Вследствие чего Карл под Полтавой оказался: а) почти без пороха и б) вовсе без артиллерии. Напомним еще об одном обстоятельстве: тот же Шереметьев и во главе той же старомосковской конницы, в промежуток между Нарвой и Полтавой, пока Петр занимался своими дипломатическими и прочими предприятиями, пошел по Лифляндии и Ингрии, завоевал Ниеншанц, Копорье, Ямбург, Везенберг, Дерпт - словом, захватил почти всю Прибалтику. Ему не повезло - ни у Петра, ни у историков. Петр его терпеть не мог и историки его замалчивают. Он не пьянствовал с Петром, не участвовал в суде над царевичем Алексеем - но под Полтавой (запомним и это) центром петровской армии командовал, все-таки, он. Я недостаточно компетентен в военной истории, чтобы установить с достаточной степенью точности: что именно сделал Шереметьев и что именно напортил Петр, - в командовании армиями Петр только и делал, что портил то, что делали другие. Но под Полтавой было очень трудно испортить что бы то ни было.

Итак, Карл бросил московский путь и пошел на Полтаву. К Полтаве пришло - по выражению Ключевского - «30 тысяч отощавших, обносившихся, деморализованных шведов». Эти отощавшие и деморализованные люди оказались кроме всего прочего без пороха, без артиллерии и без предполагавшихся союзников. Предполагавшиеся союзники наплевали и на Карла и на Мазепу, заперлись в Полтаве и под командованием какого-то генерал-майора Келина, повернули оружие против своего предполагавшегося вождя. Это не была петровская армия. Здесь не было ни преображенцев, ни семеновцев, ни Лефортов, ни Гордонов, ни де Круа - военные специалисты сказали бы, что это был сброд и плохо вооруженный сброд: тысячи четыре какой-то гарнизонной команды и тысячи четыре «вооруженных обывателей».

Итак, тысяч 8 вооруженного сброда под импровизированным командованием - против 30-ти тысяч шведской армии под командованием Карла.

В составе этого сброда никаких петровских частей не было. Сброд не интересовали петровские традиции - Нарвы и Гродна и, несмотря на четырехкратное превосходство неприятеля, он стал драться. Вспомним, что под Нарвой Петр бежал, имея пятикратное и под Гродной - троекратное превосходство на своей стороне.

Мы, - по крайней мере я, - ничего не знаем о Келине. Приходит в голову такой - не очень уж праздный вопрос: Келин дрался, уступая противнику в четыре раза. Петр бежал, превосходя противника в пять раз. Что было бы, если под Нарвой русскими войсками командовал не гениальный полководец Петр, а вовсе неизвестный нам заурядный генерал Келин? Шансы Келина были, как никак, в двадцать раз меньше Петровских. Но Келину никаких памятников не поставлено и о вооруженном сброде Полтавы не написано никаких поэм.

Этому сброду противостояла шведская армия под командой Карла. Шведы осаждали Полтаву два месяца Карл штурмовал ее три раза - и все три раза был с огромными потерями отбит. Полтавцы устраивали вылазки, и если в конце апреля к Полтаве пришло 30 тысяч «отощавших, обносившихся и деморализованных шведов», то после осады, штурмов и вылазок от них осталась окончательно растрепанная толпа, - которую Петру только и оставалось, что добить окончательно. Ключевский пишет:

«Стыдно было проиграть Полтаву после Лесной», - действительно, было бы стыдно. Но разве не были стыдом и Нарва, и Гродно, и Прут? К Полтаве Петр привел около 50.000 свежей армии, огромную артиллерию, а также и Шереметьева. Был, кроме того, и полтавский гарнизон. И Карл был кончен. Нелепым Прутским походом Петр чуть было не зачеркнул не только Азова, но и Полтавы. Но на Пруте его выручил Шафиров, как под Полтавой Келин, Шереметьев и те «вооруженные обыватели», имен которых мы вовсе не знаем.

В военных деяниях Петра остается еще и Азовский поход. Но о нем, пожалуй, не стоит и говорить. Незадолго до Петра, Азов завоевали казаки (1637 г.) - на свой риск и страх, в порядке, так сказать, частнопредпринимательской инициативы, без всего того помпезного театра, который вокруг азовской победы организовал Петр, и уж, конечно, без тех чудовищных жертв людьми и прочим, какое ухлопал в это предприятие Петр. Оценивая «хозяйственную заботливость» Петра, не забудем и того, что дубовые леса нынешней Воронежской губернии были для азовского флота вырублены сплошь и в количествах, далеко превосходящих любые флотские надобности. Миллионы бревен годами валялись потом по берегам и отмелям рек, область превращена в степь, а судоходство по Воронежу и Дону и до сих пор натыкается на остатки петровских деяний, в виде дубовых стволов 200 лет тому назад завязнувших в песчаном дне ныне степных рек. [22] Как бы то ни было - Великая Северная война, которая тянулась 21 год и стоила России совершенно непомерных жертв людьми и средствами - была кончена.

Швеция была разгромлена. Маркс, который, как и все прочие, считал Петра «действительно великим человеком», только в одном месте проговорился о факторах разгрома Швеции: «Карл XII сделал попытку проникнуть в Россию, внутрь России, и этим погубил Швецию и показал всем неуязвимость России».

В словах Маркса есть некоторое преувеличение: всем Карл этого не показал: после Карла лез Наполеон, лезли немцы. Но Маркс верно отметил неуязвимость России - как таковой - вне зависимости от правительства, от вождя, от полководца. Напомню еще раз:

В эпоху Смутного времени - безо всякого правительства вообще - Россия справилась с поляками, шведами и с собственными ворами. Это заняло, в среднем, лет шесть. При очень плохом правительстве Сталина - Россия справилась с немцами в четыре года. При совсем приличном (по тем временам) правительстве Александра I Россия справилась в полгода со всей Европой, над которой командовал не сумасбродный мальчишка и не «скандинавский бродяга», а один, действительно, из крупнейших военных гениев мира. Петру для войны, которую начал 18-летний мальчишка, в которой Россия превосходила Швецию военным потенциалом приблизительно в десять раз - понадобился 21 год.

Попробуем это историческое соображение формулировать в виде уравнений:

Смутное время: Россия + ноль правительства = 6 лет

Шведы: Россия + Петр = 21 год

Наполеон: Россия + Александр = 1/2 года

Гитлер: Россия + Сталин = 4 года

Во всех четырех случаях - разгром. Сильнейшим нашествием было, конечно, наполеоновское. И в это время Россия имела правительство никак не гениальное, но и не глупое. И срок в шесть месяцев надо бы считать нормальным сроком. В Смутное время вопрос затянулся благодаря революции, а в остальных двух случаях, - благодаря бездарности правительств, которые, - в смысле обороны страны, можно было бы считать отрицательной величиной - со знаком минус.

Шведскую войну поставил на очередь не Петр и не он ее выиграл. Выиграл Шереметьев с его дворянскими полками, выиграл Келин, с его вооруженными обывателями - выиграли, наконец, те факторы которые в истории России выигрывали всегда: пространства, время и масса. На этих трех факторах умный старик Кутузов, который, все-таки, не был Суворовым, разыграл Наполеона, как по расписанию, - Суворов, вероятно, разгромил бы Наполеона уже под Смоленском, если не под Вильной. Но при Кутузове - это была вся Европа и был Наполеон, а не Швеция и не Карл. Да и Северная война кончилась уже без Карла. Он погиб в Норвегии, на престоле оказалась его сестра, сестру взяла в оборот шведская аристократия, и Швеция поплыла по польско-шляхетскому руслу - по руслу полного внутреннего разложения. Преемники Петра распоряжались в Стокгольме, как у себя дома. Ни моральные, ни материальные ресурсы Швеции не были достаточны для войны с Россией вообще, а, тем более, для войны завоевательной. Россия разбила Швецию не благодаря Петру, а несмотря на Петра, разбила в частности та старомосковская конница, которую Петр, слава Богу, не успел, в помощь Швеции, разгромить сам. Но историки забыли Шереметьева и Келина и тех неизвестных «вооруженных обывателей», всех тех людей, которым Петр только портил все, что только технически можно было портить. И русская официальная история, и до-советская, и советская ставят Петра наряду с Суворовым, - с человеком, который, командуя войсками в 93-х сражениях, выиграл ровно девяносто три.

Я привожу здесь совершенно элементарные, достаточно общеизвестные факты. Не надо открывать никаких новых Америк и раскапывать новые источники: полководческая деятельность Петра, с его Нарвами, Азовами, Прутом и даже Полтавой - совершенно очевидна для всякого человека, которого не успели загипнотизировать великая историческая фальшивка о военном гении Петра. Очень возможно, что именно великим перепугом августа 1689 года, можно объяснить в биографии и деяниях Петра очень многое. Не был ли и сам Санкт-Петербург, в некоторой степени, реакцией против Московского перепуга? Подальше от стрелецких мест, подальше от Кремля, подальше от России в свой болотный парадиз, где Преображенский приказ был вполне достаточной гарантией против русского народа..."

luannei_lj: (Default)
 (И.Л. Солоневич автор документальной книги "Россия в концлагере" и ряда других работ, в 1934 году бежал вместе с сыном и братом из советского концлагеря  в Финляндию)

И.Л. Солоневич "Народная Монархия" (1 выдержка)

"...Итак, усилиями поколений историков был создан фундамент петровской легенды. Первое: Россия была очень плоха. Второе: Россию надо было спасать. Третье: Петр, при всех его увлечениях и безобразиях, Россию все-таки спас. Признание всяческой гениальности Петра является при этой стройке совершеннейшей логической неизбежностью - вот это был гениальный хирург! И поскольку «спасение России» было в основном достигнуто методом войны, такой же логической неизбежностью является признание военного гения. В вопросе о военной гениальности Петра согласны все историки, несмотря на то, что все они приводят ряд совершенно очевидных фактов, свидетельствующих о полнейшей военной бездарности «великого полководца». Я опять возьму за пуговицу Ключевского.

Начало Северной войны он определяет так: «Редкая война даже Россию заставала так врасплох и была так плохо обдумана и подготовлена».

А конец войны: «Упадок платежных и нравственных (подчеркнуто мною. - И. С.) сил народа едва ли окупился бы, если бы Петр завоевал не только Ингрию с Ливонией, но и всю Швецию и даже пять Швеции».

Вот вам, значит, общая характеристика и начала и результата войны: согласитесь сами, что о большой военной гениальности она не свидетельствует. Если перейти к частным характеристикам отдельных, решающих моментов петровской военной деятельности то в них мы, между всем остальным, отметим, в качестве постоянных спутников петровской военной деятельности - два качества Петра - бестолковость и трусость.

В августе 1689 года юный Петр - ему тогда было 17 лет - получает в Преображенском известие о заговоре Софии. Сообщение об этой опасности («реальной или воображаемой» - оговаривается П. Милюков) приводит Петра в состояние полной паники. Петр, полуодетый, скачет в Троицкий монастырь. Академик Шмурло пишет:

«Прискакав туда, физически измученный, нравственно потрясенный пережитыми волнениями, царь бросается на кровать настоятеля и, разразившись рыданиями, умоляет игумена оказать ему помощь и защиту». В нашей историографии довольно прочно утвердилось мнение, что именно этот перепуг положил начало той эпилепсии, которая потом всю жизнь не оставляла Петра. Не будем подробно разбирать вопроса о том, была ли опасность действительной, Петр принял ее за действительную. Она была воображаемой, и это показал первый же день едва ли существовавшего заговора Софии: она осталась в полнейшем одиночестве. Устраивать еще одно междуцарствие - в Москве не захотел никто.

Семнадцатилетние юноши, в особенности русские, очень редко входят в состав того «робкого десятка», в который так стремительно въехал Петр. В нашу милую социалистическую эпоху миллионы юношей, а также даже и девушек стаивали перед столь действительной опасностью, как чекистский наган, - стаивал и я, стаивал и мой сын, - тоже в возрасте 17-ти лет, таких случаев были миллионы и миллионы. Однако, люди не «разражались рыданиями», не впадали в истерику и не приобретали эпилепсии. Если бы все мы были такими же храбрецами, каким был Петр, то ни в России, ни в эмиграции здоровых людей давно бы уж не осталось.

Этим первым перепугом можно, вероятно, объяснить многое в личной политике Петра: и зверское подавление стрелецкого мятежа, и собственноручные казни, и Преображенский приказ, и вечный панический страх Петра перед заговорами. Иван Грозный, который, при всей своей свирепости, был все-таки честнее Петра, признавался прямо, что после восстания 1547 года, истребившего фамилию Глинских, он струсил на всю жизнь: «и от сего вниде страх в душу мою и трепет в кости мои». Застенки Грозного в такой же степени определялись страхом, как и застенки Петра. Но Петровский перепуг имел и некоторые военные последствия.

Вспомним Нарву. Петр, которому было уже не семнадцать лет, и который был уже взрослым человеком - ему было 28 лет, повел свою тридцатипятитысячную армию к Нарве. «Стратегических путей не было, по грязным осенним дорогам не могли подвезти ни снарядов, ни продовольствия… Пушки оказались негодными, да и те скоро перестали стрелять из-за недостака снарядов…» (Ключевский).

Узнав о приближении восемнадцатилетнего мальчишки Карла с восемью тысячами, Петр повторяет свой, уже испытанный прием: покидает нарвскую армию, как одиннадцать лет тому назад покинул свои потешные войска, - а потешных у него по, тем временам бывало до тридцати тысяч, София же сконцентрировала против них триста стрельцов. Историки объясняют бегство Петра его гениальной предусмотрительностью:

Почему, собственно, попал в главнокомандующие этот иноземец, граф де Круа, мелкий проходимец, служивший «в семи ордах семи царям», и нигде и ничем себя не проявивший? Впоследствии он помер в долговой тюрьме в Ревеле, и его тело, за неплатеж долгов, было, по милому обычаю того времени, выставлено на показ… Почему не был назначен Головин? Почему не был назначен Шереметьев? Вероятно, просто потому, что в момент переполоха подвернулся именно Круа. И, наконец, если Петр, видя неустройство своей армии, был убежден в неизбежности поражения, то почему он не попытался отвести эту армию на какие-то другие - пусть и не очень «подготовленные» - позиции? Петр сделал точь-в-точь то, что он проделал в ночь на 8-ое августа 1689 года: бросил все на произвол судьбы и панически бежал. Как бы ни насиловать факты, и как бы ни притягивать за волосы официозно благолепные объяснения, ясно одно - Петр струсил и вел себя, как трус: бросить свою армию накануне боя, будучи заранее убежденным в том, что она будет разбита в пять раз слабейшим противником - это есть трусость - и больше решительно ничего.

Примерно, такая же картина повторяется - уже в третий раз - во время гродненской операции. Там (дальше опять же по Ключевскому):

«Петр, в адской горести обретясь… располагая силами втрое больше Карла, думал только о спасении своей армии и сам составил превосходно обдуманный во всех подробностях план отступления, приказав взять с собой "зело мало, а по нужде хотя и все бросить". В марте, в самый ледоход, когда шведы не могли перейти Неман в погоню за отступавшими, русское войско, спустив в реку до ста пушек с зарядами… "с великою нуждою", но благополучно отошло к Киеву…Но венцом полководческого искусства Петра был, конечно, Прутский поход: ничего столь позорного Россия не переживала никогда. Ключевский пишет так:

«С излишним запасом надежд на турецких христиан, пустых обещаний со стороны господарей молдавского и валахского и со значительным запасом собственной полтавской самоуверенности, но без достаточного обоза и изучения обстоятельств, пустился Петр в знойную степь, не с целью защитить Малороссию, а разгромить Турецкую Империю».

Если перевести эту сдержанную оценку на менее сдержанный язык, то надо сказать, что цель была глупа, а уж подготовка к ее достижению была и вовсе бестолкова. Турецкая империя начала восемнадцатого столетия далеко еще не была тем «больным человеком», каким ее привыкли считать наши современники. Для ее разгрома потребовались века. И потребовались такие настоящиеполководцы, как Потемкин и Суворов. Петр сунулся совершенно не спросясь никакого броду и влип, как кур во щи: великий визирь окружил всю петровскую армию, так что Петру на этот раз, - за отсутствием по тогдашним временам авиации, - даже и бежать было невозможно. И в этой обстановке Петр проявил свою обычную «твердость духа» - плакал, писал завещание, предлагал отдать обратно всю Прибалтику (не Петром завоеванную!) тому же Карлу, выдачи которого он еще вчера ультимативно требовал от султана. Великий визирь не принял всерьез ни Петра, ни его гения, ни его армии, иначе он не рискнул бы выпустить ее за взятку, которою расторопный еврей Шафиров ухитрился смазать и визиря, и его пашей. Любезность победителей дошла до того, что они охраняли путь отступления петровской армии.

На Пруте, как и у историков, Петру повезло поистине фантастически: успей он прорваться подальше Прута, никакая взятка бы не спасла - ни его, ни его армии. Но ему повезло на капитуляцию без боя. Повезло и на Шафирове.

Во всяком случае, в результате этой, столь гениально задуманной и столь же гениально проведенной операции, России пришлось отдать Азов, который стоил таких чудовищных жертв, пришлось выдать Турции большую половину Азовского флота, для стройки которого были отпущены целые лесные области, и решение черноморского вопроса пришлось отодвинуть еще на несколько десятков лет.

За нарвские, гродненские и прутские подвиги любому московскому воеводе отрубили бы голову - и правильно бы сделали. Петра, вместо этого, возвели в военные гении. И в основание памятников петровскому военному гению положили полтавскую победу - одну из замечательнейших фальшивок российской историографии!..."

luannei_lj: (pic#11203396)
 

В случае, если вам вдруг это пригодится, то обратите внимание на возможность добавить любой блог ЖЖ в свою ленту (reading page) в DW. Для того, чтобы это сделать пройдите на страницу DW feeds (Settings - Read - Feeds) и в ячейке "Feed URL" вставьте эту ссылку http://lj_username.livejournal.com/data/rss при этом замените lj_username действительным ником блогера ЖЖ, на которого вы хотите подписаться.

После этого DW откроет другую страницу с предложением указать имя для этого feed. Введите имя и подпишитесь на него. Если кто-нибудь уже подписался на этого блогера в ЖЖ, то DW

покажет уже существующую ссылку. Вы можете подписаться таким образом как на блоги Журнала, так и на его Сообщества, таким образом однако вы можете подписаться только на публичные посты, но это все же лучше, чем ничего.

P.S. Подсказку эту видел в англоязычном блоге, мне она помогла, пригодится, может быть, и вам
 


 

luannei_lj: (внемлю)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] nadia_76 в Руководство по созданию аккаунта на Dreamwidth
Оригинал взят у [livejournal.com profile] kiczune в Руководство по созданию аккаунта на Dreamwidth
Оригинал взят у [livejournal.com profile] allanhan в Руководство по созданию аккаунта на Dreamwidth
Оригинал взят у [livejournal.com profile] oleg_sentia в Руководство по созданию аккаунта на Dreamwidth
Оригинал взят у [livejournal.com profile] k0m4atka в Руководство по созданию аккаунта на Dreamwidth
Платформа Dreamwidth оказалась просто таки старым добрым ЖЖ, без политики СУПа по заработку на рекламе в текстах блогеров, именно то, на что подписывалось большинство из нас, заводя блог в LiveJournal.
Я не предлагаю всем скопом в один момент переехать туда, но советую завести запасной аэродром и задружить старых френдов перед введением всех обещанных «улучшений». Возможно эти «улучшения» действительно будут таковыми, а возможно вам, как и мне сейчас захочется убежать от них подальше…
В Dreamwidth всё очень просто, по аналогии с LiveJournal. Даже если вы абсолютно не знаете английского, ведя столько лет блог в ЖЖ сможете спокойно по привычке нажимать на нужные кнопочки и получать нужный результат…

Итак, вам надо выполнить шесть простых шагов
1. Регистрация
https://www.dreamwidth.org/create
Выбираем ник, вводим свой мэйл, пароль, подтверждение пароля, день рождения, отвечаем на анти-спам вопрос вроде «Сколько цветов в списке тюрьма, зеленый и розовый?», ставим галочку напротив пользовательского соглашения и нажимаем на «Create Account». Переходим по ссылке полученной в письме от сервиса для авторизации.
2. Импорт записей из ЖЖ
https://www.dreamwidth.org/tools/importer
Ставим галочку напротив LiveJournal, вводим ник и пароль от ЖЖ, нажимаем на «Continue». Выбираем, что надо импортировать. Я импортировала Profile data, Journal entries (включая Update icon keywords) Tags, Icons. Список друзей импортировать не стала, буду там постепенно обзаводиться новыми. Перепроверить и нажать Start import. В личные сообщения придут уведомления о проделанной работе.
3. Выбрать дизайн и настройки поможет меню в профиле Select Style
http://www.dreamwidth.org/customize/
Настроить настроения, разместить список ссылок - Customize Style
http://www.dreamwidth.org/customize/options
Умельцы как и в LiveJournal смогут создать свой уникальный дизайн с помощью html-кода
Настроить уведомления можно с помощью меню My Account Settings
http://www.dreamwidth.org/manage/settings/?cat=notifications
4. Наладить копирование постов в LiveJournal
http://www.dreamwidth.org/manage/settings/?cat=othersites
После этого всякий ваш пост в Дриме автоматом постится в ЖЖ. Ставим птички в Crosspost by Default и Display Crosspost Link , внизу можно отредактировать подпись, которая будет появляться в постах ЖЖ, можно оставить как есть, а можно ее отменить.
Если какой-то пост НЕ нужно транслировать в ЖЖ, то в форме отправки поста снять птичку Crosspost.
5. Разобраться в френдполитике
Тут два аспекта: (subscribe A) - хочу читать юзера А в своей reading-ленте, и (grant access B) - даю юзеру В доступ к своим подзамкам. Иногда это совпадает, иногда нет. Поэтому френд-лента тут называется READING - те, кого мы читаем. Они не обязательно друзья.
Наводите курсор на "голову юзера" и отмечаете либо то, либо другое, или и то и другое.
в страничке профиля таким образом есть такие категории:
Mutual Access - взаимное разрешение читать подзамки
Also Gives Access To - этот человек открыл свои подзамки тем людям
Also Has Access From - те люди открыли свои подзамки этому человеку
Mutual Subscriptions - взаимное чтение в ленте
Other Subscriptions - этот человек читает тех людей, а они его нет
Other Subscribers - те люди читают этого человека в ленте, а он их нет
Reading Page - это Mutual Subscriptions + Other Subscriptions
Управлять всем этим удобно при помощи Manage Circle, просто отмечая нужное галочками
http://www.dreamwidth.org/manage/circle/edit
6. Задружить там меня (http://k0m4atka.dreamwidth.org/) и пригласить всех своих френдов

Эта запись не была проплачена и не является рекламой, а лишь ответом на комментарии руководства СУПа в духе «Куда вы денетесь?»…
Лично я сразу после того как ЖЖ превратят в банальную соцсеть и лишат пользователей выбора использовать или не использовать «улучшения» денусь ТУДА
И буду рада, если со мной там будет хоть малая доля моих любимых френдов. Если нет, то в конце-концов шесть лет назад я завела блог здесь с одним френдом в профиле, но ЖЖ рос, развивался и обзаводился новыми интересными людьми, а мы в свою очередь - новыми интересными френдами. И весь этот рост происходил не одними стараниями руководства, без нашего в этом участия. Один интересный человек привлекал десятки, они в свою очередь сотни…
Думаю, на Дриме тоже скоро соберётся неплохая компания интересных блогеров.







пакую чемоданчики потихоньку
luannei_lj: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] aleks_melnikov в Уход безопасного майора
Он обязан был пойти на место взрыва. Стоять. Смотреть. Видеть. Искорёженный вагон. Выбитые стёкла. Кровь. На глянце его слепых глаз. Слышать шумы – скрип битой крошки под ногами. Запах смерти. Прилипший к его дорогим костюмам. Это - его виды, звуки, запахи.

Он не пошёл.

Боялся? Нет. Не пустила охрана? Он с ней не считается.

Дело в ином.

Ему, - безразличному, равнодушному, холодному как рыба, - там нечего было делать. Хоть иглой коли его правящий, набитый деньгами толстый организм – давно всё онемело, умерло.

Всё его правление – история террористов, взрывов, пожаров, войн, смертей. Началось со взрывов домов, идёт к концу взрывом метро.

Кто бы ни совершил этот последний взрыв, на кого бы его ни списали, суть дела неизменна – майор никогда не был и не может быть гарантом безопасности граждан. Доказано. Проверено. Утверждено.

Майор живет за высокой стеной охраны – в безопасном мире. Как император в Запретном городе. Ничто не нарушает его спокойствия. Золотая рыба медленно колышет большими плавниками в бюджетном пруду. Всё так же жадны приближенные. Словно и нет ничего вокруг. Время остановилось, повесилось на кремлёвских часах.

За стеной зашумели народные протесты, всё более волнуется гражданское море, грозит выйти из берегов, разбить майорскую стену, подхватить его, закрутить, поднять на гребень его вялую, моклую тряпичную азартную куклу и ахнуть в ночь бездны.
Майор не выходит из своего мира. Из золотой капсулы. Из сказки, ставшей былью. Разоблачения, протесты, взрывы. На другой день всё забывается. Жизнь катится дальше. Входит в обычную колею.

Он привык. Он думает, что так будет всегда. Он не знает, не ведает, как копится тошнота от его изворотливости,  презрения к свободе, душных шуток, всего, что с ним связано.

Когда он, наконец уйдёт, вся страна вздохнёт с облегчением. Никто не пожалеет. Ни свои, ни чужие. Все его забудут. Все его сдадут. Сразу. Наступят на его время, как на гнилую дверь, наконец выбитую наружу, с грохотом упавшую в солнечный день и свежесть весеннего сада.

Не хотим тебя. Уходи. 

luannei_lj: (Default)
Юрий Нестеренко. 99 способов самоубийства для чиновников Роспотребнадзора

Чиновник Роспотребнадзора!
В слезах утопись от позора.
Убейся башкою об стену.
Вскрой ржавой ножовкою вену.
Напейся метиловой водки.
Наешься протухшей селедки.
На темя обрушь сковородку.
Замкни своей жопой проводку.

Шагни из окна небоскреба.
Пальни из ракетницы в нёбо.
Улягся под пашущий трактор.
В чернобыльский слазий реактор.
Воткни себе вертел под ребра.
Проверь, как целуется кобра.
Усядься на стебель бамбука.
Устройся на курсы сепукку.
Засыпься землею в траншее.
Нырни с наковальней на шее.
Снимай проституток со СПИДом.
Соли огурцы цианидом.
Влезь к тигру голодному в клетку.
Играй лишь по-русски в рулетку.
Засунь себе в горло репейник.
Залезь нагишом в муравейник.
Вновь водки напейся, но - царской.
Нырни в водопад Ниагарский.
Кинь в печку пять шашек тротила.
Сунь голову в пасть крокодила.
Себя распили, как дрова, ты.
Поешь на обед стекловаты.
Отведай угарного газа.
Пади под колеса КАМАЗа.
Дай лапу взбесившейся псине.
Повесься на первой осине.
Рицина насыпь себе в пиво.
Слети на машине с обрыва.
Прибейся гвоздями к дивану.
Прими сернокислую ванну.
В карман без чеки сунь гранату.
С тарзанки сигай без каната.
Отправься в поход по трясинам.
Туши возгоранье бензином.
На рельсы приляг перед скорым.
Мышьяк закуси мухомором.
Бодайся с быком на корриде.
Нудизмом займись в Антарктиде.
Нырни в раскаленную лаву.
Отдайся в объятья удаву.
Руби топором свое тело.
Жми газ вместо тормоза смело.
Гонись за избыточным весом.
Спи под гидравлическим прессом.
Используй дырявую лодку.
Залей себе олово в глотку.
Стрельни себе в глаз из винтовки.
Вздремни с головою в духовке.
Мешай при посадке пилоту.
Водички попей из болота.
Питайся едою со свалки.
Купайся в бетономешалке.
Шуми под непрочной скалою.
Побрейся электропилою.
Подергай за хвост ягуара.
Попей из сосуда Дьюара.
Усни с головою в пакете.
Слетай на зенитной ракете.
Нырни у винтов теплохода,
А также в кипящую воду.
Подставь под пробойник макушку.
Заткни своей задницей пушку.
Вбей кол себе в сердце киянкой.
Поужинай бледной поганкой.
Направь на пороги пирогу.
Путь грудью закрой носорогу.
В глазницы воткни себе вилки.
Захлопнись внутри морозилки.
В прокатный сунь стан свои руки.
Пальни себе в рот из базуки.
Хами банде байкеров в баре.
Гуляй без воды по Сахаре.
Нырни в полынью на стремнине.
Исполни чечетку на мине.
Порви себя надвое тросом.
Надуй перанально насосом.
Лоб в лоб повстречайся с трамваем.
Отведай полония с чаем.
Кури в шахте, полной метану.
Лечиться пойди к шарлатану.
На пищу прими мораторий.
В гробу проберись в крематорий.
Прими за дельфина торпеду.
Сходи на обед к людоеду.
Обильно намажься ипритом.
Вбей в голову гвоздь динамитом.
Утопни в цистерне с навозом.
Прикуй себя к двум паровозам.
Зашей себе ноздри и губы.
Вниз рухни с высокого дуба.
Прими потрошителя в гости.
Прочтя это, сдохни от злости.

P.S.
Когда ты проделаешь это,
То пользователь интернета
Обрадованно возопит:
"Зачем мне теперь суицид?"

март 2013
luannei_lj: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] avmalgin в Фийон тоже хочет быть нашим другом
Москва. 21 марта. INTERFAX.RU - При рассмотрении ситуации с присоединением Крыма к России нужно помнить о праве народов на самоопределение и о том, как в свое время решался вопрос о независимости Косово, заявил во вторник кандидат в президенты Франции Франсуа Фийон.

"Мы ведь тоже меняли границы. Например, подобное произошло с Косово. Существует фундаментальный принцип, который заключается в том, что народы имеют право самостоятельно решать свою судьбу. И бывают границы, которое в свое время были определены недопустимым образом", - сказал он в ходе теледебатов, в которых участвуют основные претенденты на пост главы государства.


ОТСЮДА

Фийон! Учи матчасть. Косово никто не аннексировал и не присоединял к себе. Это самостоятельное государство. Оно стало таким не в результате "референдума" и не в результате ввода войск соседнего государства, а получив для начала временную администрацию ООН. Сделано это было на основании резолюции СБ ООН № 1244 от 10 июня 1999 года, и Франция, и даже Россия участвовали в принятии этого решения. Только так можно было прекратить этнические чистки и массовое убийство мирных граждан. Никаких массовых убийств мирного населения в Крыму перед аннексией не было, никакого решения ООН об этом не было, временной администрации ООН не было. Напротив, мы имеем решение Генеральной ассамблеи ООН, признающее "референдум" в Крыму незаконным.

Кстати, упомянутая резолюции СБ ООН по Косово могла бы служить образцом для урегулирования ситуации на Донбассе. Такое регулирование включало бы в себя разоружение всех воюющих сторон, полный вывод вооружений и передачу бывших ДНР и ЛНР под управление сил ООН, устанавливающих там не только военную, но и гражданскую администрацию. Такое положение должно быть зафиксировано на достаточно длительное время. После этого можно проводить референдумы, выносить вопрос о будущем этих территорий на обсуждение в ООН, в Совет Европы и другие компетентные организации.

А что касается фундаментального принципа о праве народов решать свою судьбу, то сообщи об этом проживающим во Франции баскам, они тебя поддержат и с удовольствием отделятся по косовскому сценарию. И на Корсике поддержат твои идеи о неправильных границах. А еще есть Эльзас и Лотарингия. Кстати, малоизвестный факт. В 1918 году на всей территории Эльзаса установилась Советская власть, осуществлявшаяся Советами рабочих и солдатских депутатов, и В.И.Ленин был не против принять Эльзасскую Советскую социалистическую республику со столицей в Страсбурге в РСФСР. К его большому сожалению, республика просуществовала меньше месяца, ее разогнала французская армия.
luannei_lj: (Default)
Аптекарь из Бостона

В комнату как-то бочком просунулся полный низенький еврей, в добротном клетчатом пальто, по-видимому, иностранец... Он заговорил на каком-то странном наречии, на смеси немецкого и английского. Оказалось, что он хочет ехать в СССР и пришел узнать, можно ли туда провезти штук двадцать самопишущих ручек и вообще подарки родным.
— А вы надолго туда едете?

— Нет, только на месяц. Я, видите ли, сам русский, только уже двадцать пять лет как эмигрировал в Америку и там натурализовался. Теперь у меня два дома в Бостоне и четыре аптеки. Но в России у меня остались родные — сестра, племянники. И вот я решил поехать туда посмотреть, как там живется. Вы знаете — газеты такие разноречивые дают сведения, что не знаешь, где правда, а где ложь. В письмах пишут, что живется им хорошо, но все просят денег. Мы — у меня в Америке еще есть и брат, но он живет отдельно — посылаем время от времени по сто долларов. А теперь я хотел бы лично посмотреть новую Россию, чего там добились и как все там устроено...Кстати, скажите, пожалуйста, правда, что там, в России, голод, или это только врут газеты?
Мне пришлось дать ему неопределенный ответ, вроде: «Вот поедете сами и увидите, что правда». Потом, движимая чувством любопытства, я прибавила: «На обратном пути, если будете ехать через Берлин, заходите и расскажите о ваших впечатлениях и о том, что вам удалось провезти».
Мистер Брукс распрощался и ушел. В повседневной торгпредской суете другие посетители как-то стушевали мое о нем воспоминание....

Я сижу за своим столом и разбираю почту. Один за другим входят посетители, даю им справки, на столе трещит телефон. Очередной стук в дверь. Входит некто, но я в это время говорю с кем-то из города. Вошел, остановился у двери и дальше не идет. Наконец, я положила трубку, поворачиваю голову, всматриваюсь.. Там стоит как будто мистер Брукс. Только вид у него какой-то странный, голову опустил. Вместо добротного пальто — какой-то прорезиненный макинтош явно советского происхождения. Наконец, он поднимает голову, и наши взгляды скрещиваются.
— Ах, это вы, — говорю я. — Ну что, вернулись? Как сьездилось? Расскажите все по порядку.
— Ох, — еще издали вздыхает он, — ох, десять фунтов потерял.

Я не сразу соображаю, в чем дело. Десять фунтов... Почему фунтов, а не долларов, ведь он — американец.

— Где же вы их потеряли, здесь, в коридоре, может быть?
— Да нет, какое там в коридоре — там, в России, чтоб их Господь Бог покарал...
— Садитесь, пожалуйста, — говорю я заинтересованно и почти мягко. — В чем дело?

— Десять фунтов собственного весу за один месяц потерял, как вам это нравится? Это разве страна! Это же сумасшедший дом…
Несмотря на то, что мы одни в комнате, я инстинктивно оглядываюсь по сторонам. Но тон посетителя так искренен, а вид у него настолько свидетельствует о том, что ему пришлось много пережить, что я ни на минуту не думаю о провокации.
Кряхтя и охая, мистер Брукс чистосердечно выкладывает мне свои горести. Подумать только, какое бесправие, какой ужас, какой голод и нищета царят теперь в его родном Витебске. Несмотря на то, что один из его племянников состоит в комсомоле, вся семья сестры буквально голодает...
— И вы знаете,— говорит мистер Брукс, — ведь ободраны все, как липки. Я, знаете, везде был, все видел, я сам в очередях стоял за обувью для них, за калошами. В поезде спрашиваю проводника, который час. А он мне отвечает, что у него часов нет. Так я ему сказал, что у нас в Америке каждый проводник и кондуктор обязательно имеет часы. Вы думаете, он мне поверил? Только почесал в затылке и больше ничего. А террор! Родственники мои посещали меня только по ночам и старые знакомые тоже. Там есть такая мадам Непомнящая, богачи были раньше большие, так эта мадам Непомнящая поздно ночью ко мне пришла и плакала, я вам говорю, плакала, как маленький ребенок. У нее дочь есть в Нью-Йорке. Так она меня умоляла передать ее дочери, чтобы та ее как-нибудь выписала к себе. Ноги у нее распухли — у мадам Непомнящей, большевики ее всю обобрали, теперь живет старуха где-то в подвале. Со стен течет...
 — Ну, и что же, вы им помогли?
— Что значит, помогли! Я все отдал, что у меня было. Вы видели мое пальто, а теперь видите, в чем я вернулся? Отдал зятю пальто, а потом все деньги, которые у меня были — а ведь я повез с собой две тысячи долларов, — все раздал, поодевал всех, пообувал. А когда они меня на вокзал провожали всей толпой, ой, и плакали же все.

— Что же, вы еще раз, может быть, к ним приедете?
Мистер Брукс посмотрел на меня, как на сумасшедшую.
— Чтобы я еще раз приехал в этот бедлам? Нет, довольно. Нам в старой России плохо жилось, эмигрировали мы в Америку, но скажу вам, что старая Россия это ведь рай был по сравнению с теперешней. Я-то, сидя у себя в Бостоне, говорил своей жене — она у меня американка, ничего о России не знает — говорил ей: вот прошло двадцать пять лет, как я уехал, уже давно царской власти нет, может быть, все-таки люди добились свободы. Ну, а теперь собственными глазами увидал ее, эту свободу, будь она проклята. Каждый боится сказать что-либо лишнее. Вот и вы все оглядываетесь. Только мне нечего бояться, я ведь американский гражданин...
— Теперь вы там, в Америке, вашему брату расскажете обо всем, что видели?

Но мистер Брукс злорадно усмехается и в глазах его загорается насмешливый огонек:
— Нет, уж дудки, пусть он сам поедет и убедится. Он все пропагандирует, что в Советской России лучше, чем у нас в Соединенных Штатах. Ни слова ему не скажу!
luannei_lj: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] exler в Все пошло не так

Спектакль, во время которого все пошло не так. С дубляжом.

P.S. Ну и, конечно, это хороший повод пересмотреть (или посмотреть) чудесный театральный фильм "Безумные подмостки".



http://exler.ru/blog/item/20528/
luannei_lj: (Default)
"...Когда мы пересекали Невский проспект, извозчик остановился, так как проходила какая-то большая демонстрация со знаменами и плакатами По надписям на плакатах я понял, что демонстрация была протестом против английского займа. Из советских газет я уже знал, что налаживавшиеся переговоры о займе в Англии 3.000.000 фунтов стерлингов не увенчались успехом. Вся газетная кампания в пользу займа велась удивительно примитивно, так как имелось в виду обработать мнение рабочих и крестьян, а с мнением интеллигенции никто не считался. Сначала вся печать, разумеется, по инструкциям свыше, доказывала, что советское правительство ловко обошло англичан, убедив их дать 3.000.000 фунтов стерлингов с рентой 10 проц. Но газетная кампания все таки была не в силах убедить даже некультурную русскую рабочую массу в выгодности такого займа На многих петербургских заводах, на митингах раздавались речи не в пользу займа. Даже в советских газетах, эти речи, приводившиеся в сокращенном и смягченном виде, говорили за то, что народ понимает всю опасность и невыгодность такого займа. Тогда была двинута „тяжелая артиллерия" и заводы начали объезжать сами вожди: Каменев, Бухарин, Сталин, Рыков, Калинин. Судя по газетам, усилия ораторов из Кремля, повернули мнение толпы в пользу займа. Но тут вдруг вышло совершенно непредвиденное недоразумение: зловредные англичане передумали и отказались дать деньги. Как советское правительство, так и печать были вынуждены начать вести обратную кампанию, усиленно крича о непомерных требованиях англичан, об их желании закабалить пролетариат грабительскими процентами, теми самыми десятью процентами, которые еще 4 недели тому
назад, преподносились рабочей массе, как шедевр дипломатического советского искусства.
Судьбе было угодно, чтобы я—„интернациональный шпион" сделался невольным зрителем всей этой комедии протеста во время моего перевода из одной тюрьмы в другую.
Когда я спросил конвойных об их мнении о демонстрации, то полученный мною ответ, превзошел своим подлинно народным остроумием все до сих пор мною слышанное в тюрьмах. Привожу этот ответ с некоторыми цензурными изменениями.
Лениво зевнув и равнодушно сплевывая, старший из конвойных сказал: „Да что там особенного? Когда собаке делать нечего, так она себе.., хвост лижет".
Извозчик на козлах обернулся к нам, одобрительно захохотал и произнес: ,В самую точку. Совершенно правильно, уважаемый товарищ военнослужащий".
luannei_lj: (Default)
"...Положение Гольдмана было из рук вон плохо. Какими-то хитроумными комбинациями ему удалось припрятать при национализации банков очень солидную сумму денег в золоте и с появлением „Нэпа" он занялся торговлей. После нескольких лет военного коммунизма все пришло в упадок и разрушение и дома не избегли той же участи. Все недвижимости перешли в собственность отдела коммунального хозяйства — „Откомхоза", и на это учреждение легла непосильная обязанность привести все разрушенные здания в порядок. Не было ни знающих людей, ни средств для надлежащей организации ремонтных работ. Поэтому решено было призвать на помощь частную инициативу. Гольдман был одним из первых, уверовавших в солидность Нэпа, и заключил с Откомхозом арендный договор на продолжительный срок. По договору он обязывался привести в полный порядок три пятиэтажных дома в самом бойком месте торгового Петербурга, — в районе Сенной площади. По приведении домов в порядок, Гольдман получал
право сдавать квартиры и торговые помещения в арендуемых им домах, кому угодно и по какой угодно цене. С затратой больших средств и энергии все три дома были приведены в блестящее состояние, и развивающийся „Нэп” дал Гольдману возможность очень выгодно сдать все помещения в наем. Но благополучие Гольдмана продолжалось недолго. В один прекрасный день его вызвали в экономический отдел Чеки и задали вопрос: „Кому и сколько именно вы дали взятки в Откомхозе, чтобы заключить такой выгодный для вас договор?"
Никакие доводы Гольдмана не помогли, и его оставили на свободе только под залог в 100 000 рублей. Чека принялась за энергичное расследование „дела". На неоднократных допросах следователь намекал Гольдману, что самым простым средством прекратить это неприятное дело было бы махнуть рукой на дома и расторгнуть добровольно арендный договор с Откомхозом. По словам следователя выходило, что все равно Чека решит все дело не в пользу Гольдмана и, так как в деле отсутствуют явные улики против Гольдмана, то следователь вынужден направить все дело административным путем, т. е. на рассмотрение центральной коллегии Чеки... Согласно ст 114 уголовного кодекса за дачу взятки полагается наказание от 3х лет тюрьмы до расстрела включительно, с полной конфискацией имущества виновного. Гольдман пре» красно понимал, что, если дело его пойдет в Чеку, то он погиб, так как Чека всегда выносит максимальные приговоры. Так как надежды на передачу дела. в суд не было, раз Чека решила не выпускать добычу из своих рук, то Гольдман решил... дать взятку следователю Чеки. деньги были приняты а на следующий день Гольдмана, несмотря на залог арестовали. Теперь была улика на лицо и все дело было направлено к прокурору суда. Был создан, так называемый, „показательный процесс" для пролетарских масс, на котором наглядно демонстрировались зловредность буржуазии и неподкупность Чеки. Цель была достигнута. Гольдмана приговорили к смертной казни с полной конфискацией всего имущества, но потом, в виде особой милости, смертный приговор был заменен 10-ю годами строгой изоляции в тюрьме „Кресты". Так-так эта тюрьма переполнена так же, как и все другие тюрьмы, то Гольдману пришлось 3 месяца сидеть вместе с 5 ю человеками в камере, рассчитанной на одного человека. Пожилой человек 58 ми лет,. страдающий расширением сердца, он в конце концов не выдержал пытки и заболел. Отремонтированные Гольдманом дома перешли опять в ведение Откомхоза. а на конфискованные у Гольдмана деньги была заново отремонтирована тюрьма на Шпалерной улице...."

Profile

luannei_lj: (Default)luannei_lj

June 2017

S M T W T F S
    123
456 78910
111213 14151617
18192021222324
25 2627282930 

Syndicate

RSS Atom

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 12:56 pm
Powered by Dreamwidth Studios